Вход    
Логин 
Пароль 
Регистрация  
 
Блоги   
Демотиваторы 
Картинки, приколы 
Книги   
Проза и поэзия 
Старинные 
Приключения 
Фантастика 
История 
Детективы 
Культура 
Научные 
Анекдоты   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Персонажи
Новые русские
Студенты
Компьютерные
Вовочка, про школу
Семейные
Армия, милиция, ГАИ
Остальные
Истории   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Авто
Армия
Врачи и больные
Дети
Женщины
Животные
Национальности
Отношения
Притчи
Работа
Разное
Семья
Студенты
Стихи   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рубрикатор 
Иронические
Непристойные
Афоризмы   
Лучшие 
Новые 
Самые короткие 
Рефераты   
Безопасность жизнедеятельности 
Биографии 
Биология и химия 
География 
Иностранный язык 
Информатика и программирование 
История 
История техники 
Краткое содержание произведений 
Культура и искусство 
Литература  
Математика 
Медицина и здоровье 
Менеджмент и маркетинг 
Москвоведение 
Музыка 
Наука и техника 
Новейшая история 
Промышленность 
Психология и педагогика 
Реклама 
Религия и мифология 
Сексология 
СМИ 
Физкультура и спорт 
Философия 
Экология 
Экономика 
Юриспруденция 
Языкознание 
Другое 
Новости   
Новости культуры 
 
Рассылка   
e-mail 
Рассылка 'Лучшие анекдоты и афоризмы от IPages'
Главная Поиск Форум

Современные тексты - - М.Приходько. Подготовка и разработка министерской реформы в России в 1802

Культура >> Политология >> Современные тексты
Хороший Средний Плохой    Скачать в архиве Скачать 
Читать целиком
Михаил Приходько. Подготовка и разработка министерской реформы в России (февраль - сентябрь 1802 г.



     ББК 63.3(2)47 П 77

     Приходько Михаил Анатольевич -

     аспирант Московской государственной юридической академии,

     автор ряда статей по истории государства и права России 1-й трети XIX в.

     Приходько М.А.

     П 77 Подготовка и разработка министерской реформы в России (февраль - сентябрь 1802 г.). - М.: Компания Спутник+, 2002. - 93 с.

     ISBN 5-93406-385-5

     В данном исследовании рассматриваются вопросы подготовки и разработки министерской реформы в России в начале XIX века. На основе изученных архивных источников анализируется весь процесс подготовки учреждения российских министерств от первых замыслов преобразования администрации до подписания императором Александром I манифеста "Об учреждении министерств" от 8 сентября 1802 г. Книга адресована специалистам по истории России и истории государства и права России, аспирантам, студентам, а также всем интересующимся отечественной историей.

     ББК 63.3(2)47 Дизайн обложки Л.М. Мирианашвили.

     Фоторепродукции Г.Г. Сапожникова.

     Компьютерный набор О.В. Галаган.

     Перевод Я.А. Ушениной и А.Г. Чалаевой.

     Корректор О.В. Галаган.

     ISBN 5-93406-385-5 © Приходько М.А., 2002 Введение


     Изучение процесса подготовки реформы центральных учреждений государственного управления и учреждения министерств в России в начале XIX в. остается темой актуальной и требующей углубленного изучения.

     Основная часть дореволюционных1, советских2 и современных3 научных исследований, посвященных теме преобразования российской администрации в начале XIX в., затрагивает весь комплекс преобразований во внутренней политике Российской империи начала XIX в.4. Причем, основное внимание в них уделяется, как правило, уже осуществлению министерской реформы, т.е. периоду уже после 8 сентября 1802 г. В связи с чем, вопросы подготовки и разработки министерской реформы, до настоящего времени разработаны недостаточно полно.

     Отдельные же параграфы, посвященные разработке министерской реформы, в исследованиях А.В. Предтеченского5, Н.П. Ерошкина6, С.М. Казанцева7 и М.М. Сафонова8 не могут заменить специального научного исследования темы подготовки и разработки реформы центральных учреждений государственного управления России в начале XIX в. При этом, нужно отметить, что перечисленные выше исследования советских ученых - это лучшее, что написано по данной теме.

     В непосредственно более худшем положении находятся зарубежные исследования этой темы.

     Монографии М. Раева9, Э. Амбургера10, Н. Сетон-Ватсона11, Н. Токи12, Г. Янея13 и статьи М. Раева14, А. Макконнелла15, Е. Рэуч16, Д. Кристиана17 слишком кратко освещают вопрос подготовки российской министерской реформы, опираясь, в основном, на отмеченные выше работы российских дореволюционных и советских исследователей.

     Также, нужно отметить, что редкие публикации русских историков эмигрантов А.Н. Фатеева18 и Г.В. Вернадского19 носят узкоспециальный характер, проявляющийся в том, что статьи Фатеева посвящены сугубо анализу борьбы разных политических группировок в России в начале XIX в., а статья Вернадского исследует степень французского и американского влияния на реформы Александра I.

     Поэтому, целью нашего исследования является специальный анализ темы подготовки и разработки министерской реформы в России в начале XIX века.

     Основой этого анализа послужили подлинные рукописи протоколов так называемого Негласного комитета20 и все, имеющиеся на сегодняшний день, черновые материалы, касающиеся манифеста "Об учреждении министерств" от 8 сентября 1802 г. Подготовка и разработка министерской реформы в России


     Система государственного управления Российской империи в начале XIX в., к моменту вступления императора Александра I1 на престол, находилась в глубоком кризисе и уже не отвечала потребностям государства.

     Качественные, структурные кризисные явления затронули, как высшие государственные органы, так и центральные учреждения государственного управления.

     К этому времени органы, составлявшие систему высших органов Российской империи - Сенат и Совет при высочайшем дворе (за исключением Святейшего Правительствующего Синода2), нуждались в реформировании.

     К 1801 г., Правительствующий Сенат еще продолжал сохранять "значение первого и верховного установления среди всех прочих, подчиненных императору"3.

     Но, изначальная универсальная компетенция, которой был наделен Сенат в сфере законодательства, управления и суда, с момента своего учреждения, привела к концу XVIII в. к его чрезмерной перегрузке делами самого различного характера и к удручающе медленной скорости их разрешения.

     Это положение не смогли радикально улучшить меры предпринятые в начале царствования Павла I4 - учреждение трех временных департаментов и увеличение штата канцелярии Сената5.

     Рассмотрение и разрешение законодательных и управленческих дел, не говоря уже о судебных, растягивалось на месяцы и годы.

     Поэтому, деятельность Сената в конце XVIII - начале XIX вв. можно охарактеризовать, как полностью лишенную оперативности и динамизма.

     Эта рутинность и медлительность деятельности Сената была, в том числе, одной из причин удаления императора Павла I, с юных лет отличавшегося импульсивностью и чрезмерной деятельностью, от сенатских дел, что в свою очередь привело к усилению власти генерал-прокурора Сената (основного докладчика у императора по сенатским делам), вплоть до почти полной зависимости от него Сената6.

     Неповоротливость механизма Сената, проявившаяся уже со второй четверти XVIII в., привела к постепенной утрате им части законодательных и исполнительных функций, перешедших к различным органам (учреждениям) - Верховному тайному совету (1726-1730), Кабинету министров е.и.в. (1730-1741), Конференции при высочайшем дворе (1756-1762), Императорскому совету (18.05 - 28.06.1762), Совету при высочайшем дворе (1769-1801); и все большей специализации Сената в качестве высшего судебного органа империи.

     В части законосовещательных полномочий в царствование Екатерины II7 выдвинулся Совет при высочайшем дворе, который фактически стал высшим законосовещательным органом при императрице, но в царствование императора Павла I значение его резко упало8, вместе с объемом его законосовещательных полномочий. Он стал редко собираться и сосредоточил свою деятельность в основном на вопросах цензуры, торговли и промышленности.

     Поэтому, к началу XIX в. Совет при высочайшем дворе сохранил свое значение высшего законосовещательного органа при императоре только номинально9.

     Значительная часть законосовещательных полномочий и практически вся высшая исполнительная власть10 сосредоточились в условиях экстраординарного царствования Павла I в "неформальном" узком круге особо приближенных к императору, отдельных должностных лиц11 - генерал-прокурор Сената, руководители первых трех коллегий (Адмиралтейской, Военной12 и Коллегии иностранных дел), министр коммерции, Государственный казначей, министр уделов, главный директор почт13, а так же управляющий (начальник) Военно-походной е.и.в. канцелярии14 и военный губернатор Санкт-Петербурга (только в последние месяцы царствования Павла I и первые месяцы царствования Александра I).

     Отличительной особенностью этих должностных лиц было право личного доклада императору, на аудиенциях у которого, вопросы центрального государственного управления вносились непосредственно на "высочайшее" утверждение, (а после утверждения отсылались в Сенат для опубликования и хранения). В этом и проявлялось в основном, собственно говоря, высшее государственное управление15.

     К началу XIX в. усилий генерал-прокурора и отдельных должностных лиц приближенных к императору, в сфере высшего государственного управления, явно перестало хватать, в связи с отраслевым и технико-организационным усложнением труда по управлению государством.

     Эти чиновники не могли заменить специального высшего административного органа.

     Вся система высших государственных органов нуждалась в четкой систематизации и юридической регламентации.

     При этом, насущной необходимостью было создание высшего административного органа при императоре - специализированной перемычки между императором и руководителями центральных учреждений государственного управления, призванного взять на себя функцию, так сказать, объединенного правительства, координирующего деятельность всех центральных учреждений государственного управления.

     Как уже было отмечено выше, на рубеже XVIII-XIX вв. в кризисном положении находилась и система центральных учреждений государственного управления.

     9 коллегий16, 2 учреждения, имевшие статус коллегий17, канцелярия генерал-прокурора, сосредоточившая управление внутренними делами, юстицией и финансами, и около 14 других коллежских учреждений18, а также 10 центральных учреждений придворного управления19, подчиненных непосредственно императору, в совокупности составляли неповоротливый и плохо управляемый массив.

     Эти учреждения, возникавшие на протяжении всего XVIII века и еще продолжавшие действовать к 1801 году, по меткому замечанию советского историка государственных учреждений А.В. Чернова, "не сложились в централизованные отрасли управления (ведомства), существовавшие в XIX-XX вв."20. Их внутренняя структура отличалась неопределенностью и неединообразием.

     Противоречивым был и правовой статус многих учреждений, что порождало неопределенность самого вида этих учреждений (т.е. невозможность их юридической идентификации).

     Назревшая необходимость реформы государственного аппарата, вызвала проведение ряда административных преобразований: учреждение Непременного Совета в 1801 г., сенатскую реформу 1802 г., министерскую реформу 1802-1811 гг., учреждение Государственного Совета в 1810 г. В наибольшей степени реформаторская деятельность Александра I осуществилась именно в министерской реформе.

     Первые упоминания Александром I о беспорядке в государственном управлении Российской империи относятся к концу 90-х гг. XVIII в., времени, когда Александр I был еще великим князем и наследником российского престола.

     В письме В.П. Кочубею21 10 мая 1796 г. Александр I писал: "Наши дела находятся в невообразимом беспорядке, грабят со всех сторон, все департаменты управляются дурно - порядок, кажется, изгнан отовсюду"22.

     В проекте манифеста, составленном в конце весны 1797 г. А. Чарторыйским23 по поручению Александра I, который должен был быть опубликован при его воцарении, Чарторыйским излагались "неудобства государственного порядка, существовавшего до сих пор в России и все преимущества того устройства, которое хотел дать ей Александр"24.

     Эти же мысли звучали в письме Александра I к Ф.Ц. Лагарпу25 от 27 сентября 1797 г. "Вам известны различные злоупотребления, царившие при покойной императрице; они лишь увеличивались по мере того, как ее здоровье и силы, нравственные и физические стали слабеть ... Мой отец, по вступлении на престол, захотел преобразовать все решительно. Его первые шаги были блестящими, но последующие события не соответствовали им. Все сразу перевернуто вверх дном, и потому беспорядок, господствовавший в делах и без того в слишком сильной степени, увеличился еще более ... Благосостояние государства не играет никакой роли в управлении делами: существует только неограниченная власть, которая все творит шиворот на выворот"26.

     В 1801 г., спустя сорок дней со дня дворцового переворота, возведшего на престол императора Александра I, молодой император в беседе с графом П.А. Строгановым27 23 апреля 1801 г.28 выражает согласие в необходимости проведения преобразования администрации. "Что касается реформы, его величество выразился по поводу двух основных принципов. Во-первых, эта реформа должна быть исключительно делом его величества, притом, что никто не должен об этом ни догадываться, ни иметь даже мысли о согласии императора на подобное мероприятие, если конечно он не облечен особым императорским доверием. И, во-вторых, правительственная реформа должна предшествовать конституционной"29. (Непосредственной причиной и предметом этой беседы была записка "на высочайшее имя" П.А. Строганова, "Опыт изложения системы, которой надо следовать в реформе управления империей"30). Александр, также, согласился с тем, что преобразования должны быть разработаны специальным комитетом. "Он [Александр I] сказал мне [П.А. Строганову], что наиболее важной частью работы должно быть установление всем известных гражданских прав. Я заметил, что это связано с работой комитета; он согласился со мной"31.

     Нужно отметить, что беседа 23 апреля 1801 г. носила предварительный характер и все соображения Александра I, говоря словами П.А. Строганова "были высказаны довольно неопределенно"32.

     Следующая беседа Александра I с П.А. Строгановым, состоявшаяся 9 мая 1801 г.33, дала более конкретные результаты. Император изъявил согласие на организацию комитета, состоящего из бывших участников великокняжеского кружка34 - В.П. Кочубея, Н.Н. Новосильцева35, П.А. Строганова и А.А. Чарторыйского36.

     "Для работы с его величеством он [Александр I] мне [П.А. Строганову] повелел, что бы один из членов комитета имел возможность в случае надобности связаться с ним; что касается генеральной ассамблеи, то, так как это не может происходить часто, то на сегодняшний момент можно было бы найти какую-нибудь отговорку"37. Тем самым, первоначально планировалось проведение общих собраний комитета с участием императора, только в редких случаях.

     "Касаемо характера самой работы, его величество желает, чтобы самым точным образом ознакомились со всеми известными конституциями, чтобы о них справились по книгам, и чтобы, исходя из полученных данных, попытались создать нашу"38.

     Кроме того, Александр I, высказал свое мнение относительного общего направления реформ - "Реформа должна начаться с управления... Перед тем как привести в действие конституцию необходимо упорядочить свод законов таким образом, чтобы он стал ясным, последовательным и понятным от начала до конца, чтобы, поняв его, каждый хорошо знал свои права и не надеялся на поблажку. Только после этого шага конституция может вступить в действие"39.

     20 июня 1801 г., "Пополудни в 1-м часу его величеству угодно было быть на даче у его сиятельства графа Строганова..."40. Здесь состоялась встреча Александра I с тремя "молодыми друзьями" - Строгановым, Новосильцевым, Чарторыйским. (В.П. Кочубей был в это время болен). Очевидно, именно на этой встрече император выразил свое окончательное согласие на начало регулярных заседаний комитета41.

     Уже 24 июня 1801 г. состоялось первое заседание Негласного комитета42. (Причем сразу в виде общих собраний с участием императора, а не единичных контактов одного из членов Негласного комитета с государем и редких общих сборов, как это планировалось Александром I в беседе с П.А. Строгановым 9 мая 1801 г.43).

     Наиболее важными вопросами, которые обсуждались Негласным комитетом, были: сенатская реформа 1802 г.; министерская реформа (ее начало в 1802-1803 гг.); преобразование деятельности Непременного Совета; крестьянский вопрос; коронационные проекты 1801 г. и ряд внешнеполитических вопросов. Вплоть до 9 ноября 1803 г., (т.е. времени последнего заседания комитета, по записям П.А. Строганова), Негласный комитет был главным совещательным органом при императоре по разработке и обсуждению реформ.

     Обсуждению министерской реформы были посвящены 9 заседаний Негласного комитета44, (8 заседаний с 10 февраля по 12 мая 1802 г. и одно заседание 16 марта 1803 г.45).

     Нужно отметить, что неправильная датировка заседания 16 марта 1802 г., вместо 16 марта 1803 г.; вызвала сомнения еще у дореволюционного историка Г.Г. Тельберга46. В исследованиях советских ученых А.В. Предтеченского47 и М.М. Сафонова48 ошибочность даты проведения заседания 16 марта 1802 г. было еще раз подтверждена. Поэтому, в нашем исследовании информация о данном заседании Негласного комитета будет помещена в соответствии с реальным временем его проведения, (т.е. 16.03.1803).

     Еще на втором по счету заседании Негласного комитета, 1 июля 1801 г.49, обсуждалась докладная записка50 Н.Н. Новосильцева о способе работ его величества с "министрами"51. В этой записке отмечались недостатки порядка работы императора с руководителями центральных учреждений. Новосильцев критиковал процедуру представления императору проектов готовых указов и их быстрое подписание им52.

     Члены Негласного комитета высказали общее мнение, в виду того, что большинство таких случаев касается судебных вопросов, то император не должен лично участвовать в их решении. Александр I согласился с мнением Негласного комитета, но с другой стороны проявил озабоченность - "каким образом следовать ему в наших условиях, когда часто Сенат апеллирует лично к государю, что и вынуждает его вмешиваться против своей воли в подобные дела"53. Таким образом, обсуждение не привело к конкретному результату.

     Вопрос о реформе государственного управления возник, также, в конце заседания 3 февраля 1802 г.54. В.П. Кочубей напомнил Александру I о планировавшемся учреждении Комитета по вопросам морского флота с целью его реорганизации. Император ответил, "что следовало бы поначалу продумать принцип его работы, дабы он не отклонялся от сути дела" и "предложил согласовать этот вопрос с Чичаговым55, а затем приступать к созданию комитета"56.

     В свою очередь, Александр I напомнил всем членам Негласного комитета о том, "что ... с самого начала была предпринята очень важная работа для воссоздания общей картины положения дел в империи и системы искоренения недостатков", но "ему приходилось... отвлекаться на другие более срочные дела, но сегодня следует все возобновить". Эта мысль вызвала одобрение всех членов комитета. Но, отвечая императору, П.А. Строганов отметил, "что не хотелось бы предпринимать новые шаги до тех пор, пока этот план не будет окончательно подготовлен, иначе это внесет путаницу и помешает делу"57.

     Александр I согласился с мнением П.А. Строганова и предложил на следующем заседании рассмотреть докладную записку А. Чарторыйского о "поставленных целях и путях их достижения".

     На заседании 10 февраля 1802 г.58 князь Адам Чарторыйский представил Негласному комитету записку о "форме правления"59.

     В начале он обрисовал общую картину состояния государственного управления, которая представляла собой "величайший беспорядок". Борьба между Сенатом и его канцелярией, возглавляемой генерал-прокурором, сопровождаемая столкновениями между Советом при высочайшем дворе и Сенатом. Безответственность высших чиновников, стоящих во главе центральных государственных учреждений. Фиктивность прокурорского надзора.

     В связи с этим А. Чарторыйский предложил полную реорганизацию государственного управления - "распределить административные полномочия между несколькими министрами, которые держали бы в своих руках все нити управления, как то, народное просвещение, внутренние дела, финансы, юстицию, военное ведомство, морской флот и т.д. При этих министрах должен быть образован совет, имеющий только совещательный голос и состоящий из главных чиновников. Вторая часть плана посвящена суду, который делится на гражданский, уголовный и полицию; в первых двух подразделениях есть только две инстанции и кассационный суд. В третьей части плана речь шла о Сенате: он должен осуществлять постоянный контроль над исправностью действий чиновников. Каждый год министры представляют свои отчеты этому собранию, жалобы на маршалов дворянства в губерниях и губернаторов хорошо знают в собрании, которое... выступает в роли судьи в отношении различных должностных преступлений"60.

     Общее представление о реорганизации, предложенной Чарторыйским, дает "Таблица властей империи"61. Поскольку, записи П.А. Строганова слишком расплывчаты, мы позволим себе подробнее остановиться на анализе плана А. Чарторыйского, опираясь на данную таблицу.

     По мысли А. Чарторыйского во главе государственного управления стоит император. При нем находится Совет, в виде общего координирующего органа. Все государственное управление подразделяется на три составные части: 1) Управление; 2) Юстиция; 3) Охранительная часть.

     Управление состояло из Синода и восьми министерств: народного просвещения, внутренних дел, финансов, полиции, юстиции, военного, морского, иностранных дел. (Характерно отнесение Чарторыйским Синода к числу министерств).

     В каждом министерстве, кроме министерства юстиции и иностранных дел, учреждались коллегии из директоров департаментов, в виде совещательных органов при министре.

     Юстиция состояла из судебных мест трех видов. Гражданских судебных мест, состоящих из 3-х инстанций - уездный суд, губернский суд и суд для 2-3 губерний. Уголовных судебных мест, состоящих из 2-х инстанций - губернский суд и апелляционный суд для 2-3 губерний. Полицейских судебных мест, состоящих из судов в каждом уезде и прокуроров при них.

     Охранительную часть образовывал Сенат, в составе 2-х отделов - Правительствующего и Судебного. Правительствующий отдел Сената рассматривал ежегодные министерские отчеты, жалобы на губернских предводителей, также, ему представлялись "на суд" губернские чиновники, по представлению губернского предводителя. Судебный отдел Сената рассматривал случаи нарушения законов судебными местами и определял взыскания за нарушение законов. Судебный отдел подразделялся на департаменты, в каждом из которых рассматривались дела 5-6 губерний.

     Император и члены Негласного комитета положительно восприняли предложения А. Чарторыйского. Александр I "был в высшей степени удовлетворен... заметив, что никогда не читал ничего более ясного и ему было приятно видеть как намечается, наконец, тот путь, по которому можно будет следовать не сворачивая прямо к конечной цели реформ"62.

     Далее, Александр I поинтересовался как будет образован Совет. Члены Негласного комитета ответили, "что из министров и, что это единственный способ как-то упорядочить ход дела"63. (Это мнение членов Негласного комитета является первым упоминанием, касающимся совещательного органа при императоре, состоящего из одних министров, т.е. будущего Комитета министров.)

     В конце заседания было решено, что каждый из членов Негласного комитета получит копию докладной записки А. Чарторыйского и обсуждение ее будет продолжено на следующем заседании.

     Основная часть следующего заседания, проходившего 10 марта 1802 г.64, была посвящена обсуждению внешнеполитических вопросов, (русско-французских и русско-шведских отношений). Докладная записка А. Чарторыйского не обсуждалась65.

     После этого, рассматривался вопрос о министерстве66, Н.Н. Новосильцев рассказал комитету, что молодой граф Л.К. Платер67, представил ему черновой вариант своего проекта учреждения министерств68. Этот проект и стал предметом обсуждения в Негласном комитете.

     В проекте Платера предусматривалось создание девяти министерств: 1) юстиции, 2) внутренних дел, 3) иностранных дел, 4) народного просвещения, 5) военного, 6) морского, 7) финансов, 8) казны69 и 9) полиции70. (Состав министерств, предложенный Л.К. Платером практически полностью (за исключением министерства народного просвещения) повторял состав французских министерств71, поэтому можно говорить о сильном французском влиянии, присутствующем в данном проекте). К проекту прилагались подробные таблицы всех структурных подразделений каждого из министерств72.

     По мнению П.А. Строганова, император "с большим удовлетворением ... изучил эти таблицы"73, но ему не понравилось устройство министерства юстиции, в составе которого, как показалось Александру I имелись отделы, образованные произвольно. Кроме того, в целом, император отметил слишком большое количество министерских подразделений.

     В.П. Кочубей имел при себе "Французский национальный альманах"74, содержащий описание организационного устройства министерств Франции75. Он сравнил устройство французских министерств по "Французскому национальному альманаху" с таблицами проекта Платера. Но оказалось, что у французов тоже очень много подразделений.

     Резюмируя тему министерств, Александр I сообщил членам Негласного комитета о том, "что работа, назначенная им Оленину76 продвигается, и как только она будет готова, он нам ее передаст"77.

     На заседании 17 марта 1802 г.78 были внесены редакционные изменения в проект указа Сенату, составленный "молодыми друзьями"79, в связи с предполагаемым учреждением министерств.

     Далее, были рассмотрены два проекта, составленные А.Р. Воронцовым80. Проект указа Сенату, содержащий повеление разработать правила организации канцелярии Сената81 и проект указа Сенату о преобразовании Герольдии82. Александр I одобрил первый проект и не одобрил второй, ввиду того, что упорядочение процедуры назначения чиновников на должности непосредственным образом затрагивает компетенцию будущих министерств.

     Затем, Н.Н. Новосильцев сообщил Негласному комитету о беседе его и А. Чарторыйского с Ф.Ц. Лагарпом, на которой Лагарп одобрил план учреждения министерств. Александр I ответил Новосильцеву, что он получил письмо Ф.Ц. Лагарпа с описанием этого совещания. Новосильцев также сообщил Комитету о своей беседе с А.Р. Воронцовым, который высказался одобрительно по поводу идеи министерств и плана разделения дел между ними.

     Новосильцев предложил членам комитета, показать свои наброски проекта учреждения министерств. Александр I ответил, что нужно подождать, пока проект будет разработан окончательно. С императором согласились все члены Негласного комитета.

     На заседании 24 марта 1802 г.83 В.П. Кочубей зачитал свой проект введения к указу об учреждении министерств (проект "для мотивировки указа, который повлечет за собой создание министерства")84. В нем были изложены причины этой меры, кратко перечислялись обязанности министров, провозглашалась цель учреждения министерств - "постоянно возрастающее благосостояние всех граждан"85.

     Одна из статей проекта введения В.П. Кочубея предусматривала упразднение коллегий, с заменой их канцеляриями министров. Император выступил против такой решительной меры и предложил подчинить коллегии министрам, и только позднее, постепенно осуществить их замену. Мнение Александра I поддержал А. Чарторыйский. В.П. Кочубей, Н.Н. Новосильцев и П.А. Строганов считали, что будет сложно полностью сохранить старые учреждения, так как формы делопроизводства этих учреждений будут сильно сдерживать деятельность министров и в случае подчинения коллегий министрам необходимо изменить формы делопроизводства коллегий, что также является очень трудоемким делом. Обсуждение этого вопроса в Негласном комитете не привело к определенному решению. Но, мнение высказанное императором, осталось неизменным и в конечном итоге, определило половинчатость манифеста "Об учреждении министерств" 8 сентября 1802 г. и всего начального периода министерской реформы в целом.

     Не был решен вопрос, затронутый В.П. Кочубеем, о форме реализации указов. В своем проекте введения В.П. Кочубей предложил адресовать указы Сенату, который будет направлять их министрам в соответствии с компетенцией каждого из них. В то же время, В.П. Кочубей напомнил членам Негласного комитета, что поскольку были высказаны опасения об уходе министров в этом случае, от ответственности, подтвержденной их подписью (контрассигнацией), то лучше направлять указы непосредственно министрам, которые будут отчитываться об этом в Сенате. Впрочем, мысли Кочубея не имели продолжения.

    

... ... ...
Продолжение "М.Приходько. Подготовка и разработка министерской реформы в России в 1802" Вы можете прочитать здесь

Читать целиком
Все темы
Добавьте мнение в форум 
 
 
Прочитаные 
 М.Приходько. Подготовка и разработка министерской реформы в России в 1802
показать все


Анекдот 
Звонок в службу тех. поддержки.
- Здравствуйте, у меня установлен "Windоws"...
- Да, слушаем Вас.
- Мой компьютер плохо работает...
- Вы это уже говорили...
показать все
    Профессиональная разработка и поддержка сайтов Rambler's Top100